Введение. Длительное применение высоких доз кортикостероидов (КС) и неселективных цитостатиков, традиционно используемых в лечении гломерулонефритов, сопряжено с большим количеством побочных эффектов и не всегда достаточно успешно. В последние два десятилетия все большую роль приобретает циклоспорин-А, который применяется при нефротическом синдроме у пациентов с болезнью минимальных изменений (БМИ) с 1985 г. Однако международные рекомендации по применению циклоспорина при идиопатических ХГН с нефротическим синдромом, опубликованные в 2007 г., касаются лишь отдельных нозологических форм, использование его при волчаночном нефрите (ВН) ограничено, а данные отечественной литературы немногочисленны. Цель исследования: анализ результатов применения циклоспорина-А (сандиммуна-неорала) при различных формах гломерулонефрита. Материалы и методы. В группу исследования вошел 41 человек, 46,4% мужчин и 53,6% женщин, средний возраст 37,9 ± 17,7 года, получавший сандиммун-неорал (СН) в 2001–2008 гг. Во всех случаях диагноз верифицирован морфологически. ХГН диагностирован в 82,9% случаев, причем в 24,3% выявлена БМИ, в 31,7% – мембранозная нефропатия (МН), в 26,8% – фокальный сегментарный гломерулосклероз (ФСГС), у 17,1% с системной красной волчанкой (СКВ) морфологически подтвержден ВН с изменениями III, IV, V класса по классификации ВОЗ. СН в дозе 225 ± 50 мг/сут применялся для индукционной терапии (ИТ) в 93% случаев (в 39% случаев как препарат первой линии, и в 54% – при рефрактерности к ранее проводимому лечению или при рецидивах), и затем для поддерживающей терапии (ПТ). В 7% случаев СН применялся только для ПТ. У 78% больных СН назначался в комбинации с КС, и у 22% – в качестве монотерапии. На момент назначения СН функция почек была сохранена у 63,4% больных, нарушена у 36,5% больных, максимальный уровень сывороточного креатинина – 420 мкмоль/л. Длительность ИТ составила 3,5 (1,0; 15,0) мес., длительность ПТ – 9 (1,0; 59,0) мес. В 9,7% случаев выполнялась повторная биопсия почки. При отсутствии эффекта СН был отменен в сроки 3–5 месяцев от начала лечения. Результаты. Эффективность ИТ составила 86,8% (94% при терапии 1-й линии и 82% при терапии 2-й линии). В 55,2% отмечена полная ремиссия (ПР) и в 31,5% – частичная ремиссия (ЧР). При БМИ ПР достигнута в 100% случаев, при МН – ПР в 46,1% случаев и ЧР в 38,4%, при ФСГС – ПР в 54,5% случаев и ЧР в 18,2% случаев, при ВН – ПР в 28,5% случаев и ЧР в 71,4%. Длительность ремиссии составила 10 (1,0; 59,0) мес., рецидивы развились у 27,7% больных, причем в 16,6% случаев после отмены ПТ. У больных с ВН рецидивов не отмечено, при БМИ частота рецидивов составила 30%, при МН – 36,3%, а при ФСГС – 37,5%. Клинических и морфологических проявлений циклоспориновой токсичности не отмечено. Инфекционные осложнения наблюдались у 24,4% больных, фатальных осложнений не было. На момент окончания наблюдения у 83,3% больных сохраняется ремиссия заболевания, функция почек сохранена у 65,8% больных. Выводы. При использовании СН эффективность терапии составила 86,8%, причем достигала 82% у пациентов, рефрактерных к ранее проводившемуся лечению. Наилучшие результаты были достигнуты у больных с БМИ (100% ПР) и ВН (28,5% ПР и 71,5% ЧР). Частота рецидивов составила 27%, более чем в половине случаев рецидивы возникали после отмены препарата в основном у пациентов с ФСГС и МН. Проявлений циклоспориновой токсичности не отмечено ни в одном случае.