Исследование является продолжением экспериментальных работ в частности и сотрудников кафедры, в которых подчеркнуто, что окситоцин имеет прямое отношение не только к регуляции детородной функции, но и к поддержанию водно-солевого гомеостазиса (Мусалов Г.Г., Сулаквелидзе Т.С. (1970) и др.). В настоящее время описаны влияния окситоцина на многочисленные функции, гормон назван фактором полифункциональным. В то же время исследование его эффектов на обмен воды и солей остается особенно актуальным, скажем, в связи с описанием последствий при введении больших доз гормона для стимуляции родовой деятельности (Хрустальков (1990) и др.). Общее направление работ в названном плане должно учитывать и дозировку гормона, и фон водно-солевого гомеостазиса, на котором вводится экзогенный окситоцин. В настоящем исследовании изучено действие окситоцина (О.) и его антагониста вазопрессина (В.) на характер выведения водной нагрузки в эксперименте на животных. Ранее в 19 опытах на 8 собаках-самках мы показали, что увеличение мочеотделения после введения воды в желудок (30 мл/кг) через желудочную фистулу сопровождается не только снижением концентрации В. в крови, но и постепенным ростом уровней О. Его максимум в плазме совпадал (р < 0,05) с пиком водного диуреза (через час после введения воды в желудок), когда параллельно падению В. в системной циркуляции антидиуретическая активность плазмы крови сменялась ее диуретическим действием (в тесте на крысах). Через 2 часа после введения воды в желудок, на спаде водного диуреза, количество О. в крови снижалось, а уровень В. в плазме возвращался к фоновому. Четко определилось, что характер водного диуреза в значительной степени зависел от соотношения в системной циркуляции уровней В. и О. В пользу того, что О. вместе с В. имеет прямое отношение к поддержанию водно-солевого гомеостазиса говорят опыты с изучением влияния их экзогенных аналогов на развитие водного диуреза, его размеры. У 3 беспородных бодрствующих собак-самок с фистулами мочевого пузыря и желудка особо строго учитывался фоновый уровень гидратации организма, от которого, как отмечено выше, зависит концентрация в жидких средах эндогенных В. и О. Их экзогенные аналоги вводили в вену в физиологических дозах, соответствующих данному уровню гидратации: В. в дозе 10 мкед./мл, питуитрин - 30 мкед./мл, О. - 100 мкед./мл, одновременно с водной нагрузкой в желудок в объеме 30 мл/кг. Выяснилось, что если у контрольных собак явное увеличение мочеотделения отмечено к 30 мин после водной нагрузки при среднем выведении мочи к 1-му часу в размере 22,2 ± 3,1%, то на фоне введения В. увеличение диуреза достигалось только к 45-й минуте, а процент выведения воды к 1-му часу достигал лишь 9,9 ± 0,8%, но к 3-му часу характер кривых выравнивался. В то же время в условиях введения О. мочеотделение возрастало уже к 15-й минуте, а к первому часу выведение водной нагрузки достигало 49 ± 4,2%, ко 2-му часу после введения водной нагрузки диурез снижался, хотя в течение 3-го часа еще держался в пределах 8,1 ± 1,1%. Своеобразной была кривая развития водного диуреза на фоне питуитрина: вряд ли ее можно было назвать строго промежуточной между кривыми, полученными в условиях действия вазопрессина и окситоцина. Следуя строгому соблюдению учета уровней эндогенных гормонов в системной циркуляции, мы ввели экзогенный О. с расчетом создания в крови концентраций гормона в пределах 50 мкед./мл и при инъекции таких доз на фоне предварительной 2-дневной водной депривации наблюдали явное диуретическое действие О. На основании приведенных сопоставлений можно дополнительно утверждать, что эндогенный окситоцин (в числе других факторов) избавляет организм от «лишней» воды.